Эстетика лжи. Пропаганда СМИ во время югославских войн


Югославские войны сопровождались ложью и пропагандой в СМИ, которые провоцировали межнациональную ненависть, нередко не просто оправдывая, но и призывая к убийствам и этническим чисткам. Среди запоминающихся историй остались репортажи о львах, которым мусульмане якобы скармливали сербских детей в Сараево, новости о сжигаемых жителями Дубровника шинах для обвинения ЮНА в бомбёжке города, и информация о повешенных напротив церкви хорватах, отказавшихся воевать на стороне про-мусульманских войск. Распространяющих заведомо ложную информацию журналистов к ответственности не привлекли. Многие из них работают в СМИ до сих пор.

СМИ играют непосредственную роль в распространении военной пропаганды и мобилизации населения против «врага» во время конфликта. Гражданские и военные власти пытаются усилить контроль над информацией и над оппозиционно настроенными СМИ, но и сами журналисты принимают активное участие в распространении пропаганды. Югославский конфликт не отличался от других войн и сопровождался огромным количеством журналистской лжи. Несмотря на то, что многие из новостей нередко опровергались через несколько дней после выхода, их влияния на постоянно находящуюся под давлением государственной пропаганды публику было уже не отменить. Журналисты, открыто критикующие военных преступлениях со военнослужащих своей страны, подвергались давлению, шантажу и атакам, считались «предателями своего народа» во время и после войны. Многие были вынуждены навсегда покинуть регион и не вернулись до сих пор.

Война в Хорватии

Пропаганда началась задолго до конфликта. В Сербии постоянно говорили о международном заговоре против сербов, хорватских журналистов «охватил синдром национального единения» и борьбы с врагами. Сербские СМИ называли хорватами «усташами», а хорватские называли сербов «четниками». Дегуманизация противника и превращение бывших соседей в исторических врагов, усташей и четников, подогревали конфликт. Война сопровождалась постоянным враньём и манипуляцией количеством и национальностью погибших.

Image result for dubrovnik bombing

 Сербские СМИ отрицали бомбежку Дубровника и утверждали, что чёрные клубы дыма покрыли город потому, что жители города жгли шины, чтобы обвинить в бомбёжке ЮНА. Обвинили Дубровник и в присутствии 30 000 усташских боевиков, которым якобы помогали Курды. Притом факт того, что Дубровник всё же бомбили, и что в городе погибли люди, затем признали не только в СМИ. 18 марта 2004 года Международный трибунал по бывшей Югославии осудил югославского военачальника, вице-адмирала ВМС СФРЮ на 7 лет тюрьмы за нарушение правил ведения войны, нападение на наследие ЮНЕСКО в Старом городе и преступления против гражданского населения. Йокич признал себя виновным по всем пунктам обвинения. В своём признании он заявил, что «значительный урон был нанесён гражданским постройкам, культурным и историческим памятникам Старого города Дубровника» и добавил, что факт гибели людей в зоне его ответсвенности останется в его памяти на всю жизнь. Не нашли в городе ни курдов, ни 30 000 боевиков. Несмотря на признание Йокича, многие отрицают бомбёжку исторического города и верят в сжигание шин до сих пор.

Началась битва за трупы: показывая одни и те же кадры, хорватское телевидение твердило, что на экране убитые сербами хорваты, а сербские каналы называли мёртвых сербами. После убийства в вуковарской больнице, Радио и телевидение Сербии заявило, что убитые «были сербами, или в основном сербами», а выжившие внутри больницы были «переодетые в гражданских усташи». В одном из репортажей силиконовые шарики из коробок для обуви назвали наркотиками усташей, хотя на пакетиках было явно видно надпись Do not swallow (пер. Не глотать).

В СМИ появилась история об убитых хорватами сербских детях, которая моментально разлетелась по сербским газетам и телеканалам. Радио и телевидение Белграда историю быстро опровергло, притом сделано это было в прямом эфире и официально, но было уже поздно. Более того, ведущий оставил место для интерпретации, добавив о «вероятности того, что история была ложью», хотя репортаж об убитых уже официально отрицал суд в Сербии.

Война в Боснии и Герцеговине

Война в Боснии ситуацию только ухудшила. Как и в Хорватии, она сопровождалась постоянным враньём журналистов, но теперь в борьбе за «место под солнцем» боролись три силы, хотя главную битву за разорванную страну вели хорватские и сербские каналы и газеты как в самой Боснии, так и в Хорватии и Сербии. И те и другие финансировались и нередко управлялись правительством Сербии и Хорватии, поэтому и те и другие продвигали интересы этих государств. Целью и тех и других была мобилизация населения, усиление страха и ненависти. И те и другие придерживались единого мнения: их народы никогда не смогут жить мирно и безопасно за пределами единого национального государства — то есть единого государства хорватов, и единого государства сербов — поэтому Хорватия или Сербия для них «мать», которая спасёт их от исчезновения в Боснии и Герцеговине.

Вопрос языка занимал немаловажное положение и использовался как был одним из оружий информационной войны. Журналистов сербских радиостанций в Пале около Сараево некоторое время пытались заставить говорить на «экавском» типе произношения, хотя сербы в Сараево говорят на «иекавском», как остальные жители города, а как произношение зависит не от национальности и религии, а от региона. Профессор Философского факультета в Белграде предложил насильно сделать «экавское» произношение официальным произношением сербов в Боснии и Герцеговине, но лингвистический эксперимент успехом не увенчался. Сербские СМИ в течении всей войны твердили, что боснийские мусульмане сами убивают своих граждан, чтобы обвинить в этом сербов. Более того, данное мнение стало настолько популярным, что его можно услышать и по сей день. На Боснийское правительство сваливались массовые расстрелы, бомбёжка и этнические чистки бошняков.

Пожалуй самый известный скандал случился после того, как журналистка главного сербского телеканала объявила репортаж, в котором утверждала, что мусульманские солдаты бросают сербских детей в клетки к голодным львам в зоопарке Сараево. Видео и запись её репортажа доступны по сей день. Никаких доказательств никто не нашёл, да и не искал — несмотря на абсурдность истории, под постоянным информационным давлением со стороны СМИ многие в историю поверили. Репортаж оказался ложью и после войны каналу пришлось официально извиниться.

Радио и телевидение Хорватии показывало кадры хорватской атаки на осаждённый Мостар, но утверждало, что бомбили город мусульманские войска. Для усиления эффекта, мостарских мусульман обвинили и в сотрудничестве с сербами.

В августе 1993 хорватская газета Vjesnik опубликовала материал, в котором говорилось, что напротив католической церкви в Зенице мусульмане повесили 35 хорватских жителей. История эта привлекла столько внимания, что расследованием пришлось заняться ООН, чей официальный доклад опровергнул информацию и доказательств совершённого убийства не нашёл. В докладе также говорилось, что дискриминация, атаки, травля и порча имущества мусульманского населения в Хорватии не освещается.

История об убийстве напротив церкви попала и в руки сербской газете Glas sprski, которая написала о преступлении мусульман против хорватов, якобы отказавшихся вступать в ряды промусульманских боснийских войск. Интересно, что хорватско-боснийский конфликт привлекал особое внимание сербских СМИ. Убитые мусульманами хорваты были в сербских репортажах доказательством зверств мусульманских войск над немусульманами, хотя погибшими от рук сербов хорватами сербские СМИ не интересовались.

В 1994 году ложь доходит до такого уровня, что сербские Večernje novosti публикуют картину сербского художника Уроша Предича (скончавшегося в 1950-х) и называют её «фотографией сербского мальчика на могиле убитых в Сребренице родителей».



В Приедоре трёх врачей обвинили «в выполнении насильственных абортов сербкам и кастрации мальчиков-сербов», и в убийстве Миряны Ковриле — якобы за её попытку рассказать о преступлениях. Вскоре оказалось, что некая Миряна Ковриле была убита в 80-х и не врачами.

Врали и манипулировали количеством жертв все стороны. СМИ под управлением боснийского правительства нередко игнорировали сербские жертвы конфликта и преувеличивали количество погибших. Подозрительным остался репортаж о снайпере-сербке под псевдонимом «Стрела», якобы воюющей на стороне боснийского правительства. Хотя сербы на стороне боснийского правительства были на самом деле, история о «наиболее разыскиваемой сербскими войсками сербке» появилась лишь в нескольких западных газетах. В текстах используется одна и та же фотография, на которой не видно лица девушки . История проскочила лишь в западных СМИ — никаких записей о Стреле ни в сербских, ни в боснийских, ни в хорватских газетах нет. О судьбе «самой известной женщине-снайпере в Сараево» ничего не известно — Стрела исчезает в сараевском тумане как и история о ней.

Но доказательства и источники всех этих историй показывать было не обязательно — цели предъявлять правдивую информацию у подобных историй не было. Целью было вызвать реакцию, и сделать это у них получалось. Новости вызывают гнев, злость и страх среди населения. Несколько раз ложные, нередко абсурдные новости и репортажи о массовых убийствах, появляются за несколько дней до того, как такие убийства произойдут на самом деле — только убивать будет уже другая сторона, и делать это с неофициальной поддержкой населения «в отместку за событие несколькими днями ранее». Двух хорватских репортёров семьи погибших до сих пор обвиняют в распространении ложной информации, которая привела к массовому убийству мусульманских заключённых в Мостаре.

Заключение

В мае 2011 году Радио Телевидение Сербии принесло свои официальные извинения за пропаганду и ложь своих сотрудников во время конфликтов в 1990-х. По словам представителей РТВ, пропаганда 90-х «оскорбила чувства, моральную неприкосновенность и достоинство граждан Сербии, интеллигенции, представителей политической оппозиции, критически настроенных журналистов, некоторых меньшинств и религиозных групп, а также соседних народов и государств». Хорватское телевидение официально за пропаганду ещё не извинилось.

Многие публичные лица и активисты призывали сделать журналистов ответственными за разжигание межнациональной ненависти, распространение заведомо ложной информации и пропаганды, которая нередко приводила к этническим чисткам, и судить их в международном суде. Несмотря на это, многие из журналистов, принимающих активное участие в государственной пропаганде 90-х, работают в СМИ до сих пор.

E S

Post a Comment

Instagram