Дети-фотографы из разорванного войной Сараево: тогда и сейчас





В 1997 году фотограф Крис Лесли работал волонтёром, преподавая уроки фотографии в печально известном детском доме Бьелаве в Сараево. Теперь он вернулся в город, чтобы узнать, как сложилась жизнь у его бывших учеников. Проработав волонтёром три года, Крис оставил свой проект Эдине Хрнич — одной из старших учениц, которую он предварительно обучил мастерству. Она вела уроки ещё 12 месяцев. В 2013 году Эдина, её годовалый сын и мать погибли в автокатастрофе, после того как Эмина потеряла контроль над машиной и автомобиль сорвался в реку. Именно Эдине Крис и решил посвятить эту поездку и фотовыставку. 

Репортаж The Guardian.

В далёком 1997 году, в разрушенном войной Сараево, Крис преподавал уроки фотографии детям самого известного детского дома в Боснии и Герцеговине. Многие из детей попали в приют после смерти родителей на войне и до неё, родители многих сошли с ума и детей пришлось забрать государству, а некоторые находились тут и до войны, пострадав от жестокого обращения и насилия в своих семьях.

Имя сараевского приюта Бьелаве стало печально известно после того, как в в 1992 году, во время попытки местных властей вывести детей из осаждённого города, автобус попал под атаку. В результате неудачной эвакуации погибли два ребёнка и ещё девять были взяты в заложники. Попытка эвакуировать детей, несмотря на опасность, была раскритикована немецкими властями и официальными лицами ООН из-за халатности боснийских властей, в результате которой автобус с детьми, без знаков и надлежащего сопровождения поехал по печально известной «снайперской аллее» и попал под огонь. В 1997 году часть детей со скандалом вернули в Боснию — многие из них уже не говорили на родном языке, выросли за границей, не знали своих родителей и не помнили родину. Несмотря на это, боснийские власти решили, что детям будет лучше в разрушенном после войны городе, из которого несколько лет назад, несмотря на угрозу жизни, этих же детей пытались вывезти.

В том же 1997 году, используя пожертвованное оборудование из Шотландии,  Крис начал свой проект и уроки фотографии в подвале приюта. Учениками фотографа были дети от шести до шестнадцати лет. Они фотографировали свой родной город, учились проявлять плёнку и печатать фотографии, но публика так и не увидела большинство их работ. За более чем два десятка лет столица независимой Боснии и Герцеговине изменилась — в городе почти не осталось развалин, восстановили многие исторические здания, Сараево наполнился жизнью и процветает. А как сложилась судьба детей, которых фотограф учил два десятка лет назад? Чтобы ответить на этот вопрос, Крис вернулся в Сараево и попытался найти своих учеников.

Огги Томич


Огги Томич оказался на улице задолго до войны. При рождении у новорожденного малыша нашли в мозге воду, и врачи говорили, что ребёнок проживёт несколько месяцев. Родители оставили его в больнице. Но Огги выжил, ему сделали операцию и первые несколько лет своей жизни он провёл в детских домах в регионе. В 1993 году жизнь из-за войны стала невыносимой и Огги сбежал в осаждённый Сараево, где и оказался в детском доме Бьелаве. В 1997 году он стал участником проекта и учеником фотографа, но в 2004 году ему пришлось уйти из детского дома и самому строить свою жизнь.

oggi-tomic-sarajevo1997-3.jpg - undefined


Спустя несколько лет, Огги получил стипендию для изучения документального кино и телевидения в Университете Уэльса и по студенческой визе переехал в Великобританию. Университет он окончил с отличием и создал собственное агенство в Кембридже, где успешно занимается видеопродукцией и кинематографом по сей день. Он также снял документальный фильм о приюте Бьелаве, и фильм, в котором рассказывает о своей поездке на родину и попытке встретиться с семьей, которая бросила его в больнице.

Дина Джиханич

Дине Джиханич сейчас 31 год. В 1997 году она жила рядом с приютом и часто помогала младшим детям. К фотопроекту Дина присоединилась вместе с сестрой Амрой. Сегодня она работает в области микрофинансирования менеджером по маркетингу, называет уроки Криса важнейшим опытом своей жизни, а опыт войны считает лучше опыта мира.

«Война была нормой и все были равны: у всех ничего не было», — говорит она. «После войны, когда люди вернулись, у них была хорошая одежда, хорошие школьные принадлежности. Спустя годы мы жили в бедности, приходилось носить одежду, которая уже была очень маленькой для нас. Это были худшие моменты моей жизни».

Эдина Хрнич

Эдина Хрнич, которая вела уроки фотографии 12 месяцев после того, как Крис уехал из Сараево, разбилась с семьей и ребёнком в автокатастрофе.

Амра Джиханич Барас


Амра Джиханич Барас — сестра Дины. Сейчас ей 32 года, у неё двое маленьких детей и она работает менеджером ресторана в Сараево. Как и большинство людей в городе, Амра жалуется на политику, коррупцию и низкими зарплатами.



«У меня два прекрасных ребенка, я считаю это достижением своей жизни», — говорит она. «Если мне удастся покинуть эти места и дать детям лучшее будущее  — это будет ещё одним достижением».

Она вспоминает, как несколько лет назад любила родной город и была патриоткой, но добавляет, что больше не смотрит на ситуацию позитивно.

Рина Трифкович


Рине Трифкович 28 лет. Родители оставили её в детском доме Бьелаве, и Рина была одной из 40 детей, которых в начале войны попытались эвакуировать из Сараево в Германию. Автобус попал под обстрел снайпером, в результате чего погибло двое детей, а несколько человек были взяты в заложники. В 1997 году Рину ещё 30 детей, несмотря на скандал, вернули в Сараево.


Теперь она бухгалтер, а в выходные дни Рина посещает детский дом и организует экскурсии для детей. По её словам, жизнь в детском доме казалась нормальной, так как другой жизни дети не видели. Больше всего Рина гордится тем, что добилась всего сама и научилась ни от кого не зависеть.

Дженица Катович


В 1997 году Дженице было всего лишь 13 лет и она жила рядом с приютом. Сегодня она замужем, у неё есть ребенок, и она работает учителем начальной школы. Дженица хочет остаться в Сараево чтобы воспитывать своих детей и довольна жизнью в родном городе, но добавляет, что при первом же намёке на войну — моментально бы уехала из страны.



Мухамед Бошньо


Мухамед попал в приют в возрасте двух месяцев, так как из-за проблем с психическим здоровьем мать не могла о нём заботиться.

Во время войны дети нередко оставались в детском доме одни. Люди, которые должны были о них заботиться, бежали из города или находились на линии фронта. Дети воровали или просили милостыню. Когда Мухамеду было всего лишь 8 лет, прилетевший на детскую площадку снаряд серьёзно повредил его ногу. В возрасте 10 лет ребёнка взяли в плен, отпустив во время обмена заключённых. Позднее он женился и некоторое время жил в Лондоне, но вскоре развелся. После развода мужчине пришлось покинуть Великобританию и вернуться обратно в Боснию.

Десять лет назад мать Мухамеда совершила самоубийство, спрыгнув со скалы на окраине города. Он нередко приходит на место смерти матери после работы. Сейчас он работает охранником и не очень доволен зарплатой.

Дженица Ходжич


Дженита Ходзич присоединилась к фотопроекту в 1998 году в возрасте 13 лет. Сегодня она работает учителем физики и профессором математики и информатики и вспоминает уроки фотографии как одну из самых позитивных деталей её детства в приюте.

Нусрет


Родители Нусрета были убиты в начале войны в 1992 году когда снаряд попал в их квартиру. Вместе с братом они попали в детский дом Бьелаве, где и находились во время войны. В возрасте 15 лет им пришлось покинуть приют и Нусрет оказался на улице.


Его брат умер от передозировки наркотиков, а сам Нусрет на некоторое время смог отказаться от наркотиков, нашёл работу и даже женился. Результатом брака стал маленький сын, которого вскоре забрали и отправили в тот же детский дом, где вырос и сам Нусрет.

К сожалению, его ребенок был одним из шести младенцев, погибших в пожаре в детском доме в 2007 году. Сегодня Нусрет не использует наркотики и не попрошайничает на улицах. Местная мечеть помогла ему с жильём, и свободное время он проводит в мечеть и подрабатывает. После нескольких лет битвы ему наконец удалось найти «дом». Нустер не любит вспоминать Бьелаве, говорит, что детский дом не предоставил ни любви, ни защиты, и обвиняет приют в убийстве своего сына. 

Источник и фотографии: https://www.theguardian.com/cities/2018/jul/16/war-torn-sarajevos-camera-kids-then-and-now-a-photo-essay




E S

Post a Comment